АТМОРАВИ: «МНЕ ХОЧЕТСЯ ГОВОРИТЬ О ТОЙ РОМАНТИКЕ, КОТОРАЯ ПРИСУТСТВУЕТ В ГРУБОЙ ОБЫДЕННОЙ ЭРОТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА»
Предыстория: два года назад телефонный звонок, мужской голос «Людмила? Здравствуйте. Меня зовут Рави. Мне дал ваш номер один журналист и сказал, что вы можете помочь. Когда вам будет удобно встретиться?» Я тут же принялась представлять образ, который стоит за именем «Рави». Первая буквальная ассоциация – раввин. Именно черноволосого с пейсами мужчину я и ждала однажды вечером в метро. Каково же было моё удивление, когда передо мной явилось некое подобие Ревякина в его длинноволосую пору, но с мистическим макияжем и чёрным маникюром. Соответственно, на врученном мне альбоме «Чертополох» я ожидала услышать языческие распевы. И, опять же, каково было моё удивление, когда я узнала, что такое «эзотерический рок"...
За это время Атморави проделал много невероятной творческой работы – гастролировал по Германии (Мюнхен – вторая его обитель), по России (когда-то он жил и работал в Питере), по Беларуси, путешествовал по миру (Индия – его душевный оплот), выпустил два альбома "Чертополох" (2004) и "Романтика" (2006), стал первым русскоязычным популяризатором распространения музыки через интернет (первый русский поп-рок артист в iTunes Music Store). Пишет, записывает, путешествует, организует, придумывает… С этим вечным двигателем музыкального прогресса состоялся разговор.
- Когда вышел первый альбом «Чертополох», тут же закипела работа над новыми песнями. Итого: 13 песен в альбоме «Романтика». Это неоднородный альбом, я пока ещё в поиске своего языка и стиля. Романтика – это не та романтика, о которой все подумали. Я имел в виду смысл противоположный традиционному пониманию. Я хотел разместить на обложке грубую сцену секса, желательно порно, и написать «романтика». То есть идея была прямо здесь, на этом перекрестке (и он показал на участок проспекта между Главпочтамтом и гостиницей «Минск», совсем недалеко от здания городского исполнительного комитета) в часов шесть утра – железная кровать и снять что-нибудь такое. Но ничего не вышло, потому что нет достойного фотографа. Вообще ню – это самый сложный аспект фотографии.
Я не сторонник чистого концепта, мне важнее атмосфера. Я считаю, что обложка должна нести определенный заряд. Она должна быть привлекательна для людей, которые не знают, кто этот артист. С «Чертополохом» такая же тема. И мне говорили, что для некоторых людей явилась привлекательной сама обложка «Чертополоха». Многие понимают, что это не чертополох – там изображен камыш. Но я и не стремился к буквальности.
А что подразумевается под камышом- чертополохом?
Чертополох как аллегория - те, кого нельзя утилизировать, то есть люди искусства - ни пришей козе капюшон. Так ведь говорят - чертополох, дескать, и не сорняк, но и не использовать его никак. Растет себе...
А на «Романтике» будет изображена девушка, которая стоит, низко нагнувшись, и коротенькая юбочка приподнята. А написано «романтика». У неё просто безумный взгляд.
Это должно быть грубо с одной стороны, а с другой стороны – очень красиво снято. Мне нужен арт-порн. Потому что обычный порн гламуризирует, он делает всё это неестественным, и вообще никак не связан с реальностью. А мне хочется говорить о той романтике, которая присутствует в грубой обыденной эротической жизни человека.
К сожалению, в песнях это пока не отражается. Есть песня «Моё тело никого не хотело после тебя», но этой песни не будет на «Романтике», потому что была написана позже. Но она есть на акустическом альбоме «На проводе». «Физиология» была вдохновлена девушкой, которая сказала, что получает оргазм только в одной позе.
Есть такая песня «Гололёд» - в нём такой текст: «Гулять всю ночь напролёт, нырять в джин-тоник и мёд и ждать, пока потечёт в тебе гололёд».
Это состояние души или тела?
Не знаю, наверное, и то и другое.
Видели ночь, гуляли всю ночь до утра?
Типа того, да. И «Не за горами месяц март, когда в тебе проснётся азарт».
Порно-арт!
Нет, азарт.
Процитируй ещё что-нибудь эдакое… Романтичное.
«Мой дом» уже знают по концертам. Распевная песня, многим нравится. «На улицах толпы людей, стремящихся продолжить свой род. Они празднуют солнечный день, безоблачный небосвод. На их лицах читается пыл, предписанный домашним врачом. Глядя на них, я почти что забыл, что здесь я совсем не при чём».
Вот ещё попробовал себя в джазе – это песня «Сова», я написал её за одну ночь, это эксперимент, потому что у меня один журналист спросил: «У вас много элементов присутствует в музыке, не было пока только джаза».
«Перепады давления» - это тоже что-то такое…
Очень забавная получилась песня. Припев там такой: «Мы наконец-то превратились в растения, стали частью перепадов давления». Народ норовит воспринять всё буквально или прямолинейно, то есть перепады давления – это милиция или власть.
Я решила, это проблемы со здоровьем или физическими нагрузками.
«Бессмысленны любые телодвижения в системе перепадов давления. Мятежный дух моего поколения – шуруп в системе перепадов давления». Для меня это те социальные напряжения, требования, которые имеют постоянное влияние на человека, от которого все мы страдаем. Но в определенный момент мы сами превращаемся в тех мужиков и баб, которые в свою очередь начинают давить друг друга или своих детей, внуков и так далее. По-моему, это очень большая трагедия.
Послушай, ведь не так много артистов-мужчин, которые выступают в гриме.
Грим – это момент gender-bender, потому что хочется сломать социальные роли мужчины и женщины. Я вообще заметил, что мне не интересна музыка, которая слишком мужская или слишком женская. Но обычно у женщин не бывает слишком женской музыки, потому что тогда, когда женщина выходит на сцену и начинает что-то петь, в ней автоматом проявляются мужские качества. Потому что выражение творчества – это мужская черта. А женская – восприимчивость. А мужское то, что горланит.
Но ведь женщины испокон веков поют детям колыбельные.
Но не со сцены, извините меня, а ребенку.
Буланова, или кто там еще, пела со сцены.
И в этом присутствует мужской момент. Вообще, если подумать, у меня очень много любимых женщин-исполнительниц. Тори Амос, Сюзанна Вега, Джоан Боэс, Анна Тернхайм, Анна Брум. Я как-то видел фотографию Боно в платье с его комментарием: «Когда в рок-н-ролле слишком много мужика, он перестаёт быть рок-н-роллом». И это то, что мне не нравится в русском, так сказать, роке – вообще сплошной мужик с топором.
Как насчёт Rammstein?
Rammstein особое дело, потому что они настолько театральны, что в этом теряют свою мужественность.
В принципе, они действительно сурово изгаляются над клавишником.
Да-да! Rammstein – это вообще особая статья. Поэтому касательно грима – это всё-таки не грим, а макияж. Просто я считаю, когда артист выходит на сцену, это уже не просто автор песен, а исполнитель. А исполнитель на сцене должен любыми средствами привлечь внимание зрителей. Любыми.
Раздеться.
Например, да. Если это привлечёт внимание.
На нудистском пляже, может, и не привлечёт.
В том-то и дело. Но на нудистском пляже имеет смысл выступать в тройке…
…с бубенцами.
Да, с бубенцами (улыбается) Или что-нибудь такое – из ряда вон выходящее. Можно в костюме снегурочки. Желательно, чтобы это не вредило качеству исполнения. То есть это совершенно простые вещи. Да плюс ко всему, макияж – это красиво, мне кажется. Если хороший грим, плохо никому не будет.
Но ты используешь макияж не только на сцене, но и в повседневной жизни.
Да, но потому что мне это нравится.
Потому что ты недостаточно мужественный?
Не то чтобы недостаточно, мне хочется сочетать в себе и те и другие качества. К тому же я работаю в таком жанре, в котором очень сложно отделить артистическую жизнь от личной. Так же, как я не отделяю свою духовную жизнь от мирской, хотя у многих это совершенно успешно получается.
Людмила Погодина
копирайт на текст: Людмила Погодина 2007 год